Библиотека им. Н. А. Некрасова - Facebook Библиотека им. Н. А. Некрасова - Instagram Библиотека им. Н. А. Некрасова - Twitter Библиотека им. Н. А. Некрасова - Вконтакте Библиотека им. Н. А. Некрасова - YouTube
Разговор Журнал

«Торжества притягивали как магнитом»

Специально для Библиотеки имени Н.А. Некрасова историк, автор книги «Столичные торжества Российской империи в царствование Николая II» Светлана Лиманова рассказала о том, как проводились высочайшие торжества на рубеже XIX–XX веков, о своей 10-летней работе с источниками по этому вопросу и о том, что еще могут почитать те, кто заинтересовался темой репрезентации власти в дореволюционный период.

Найти и заказать книгу Светланы Лимановой можно в электронном каталоге Некрасовки.

Задачи имперских торжеств

Столичные торжества Российской империи — ярчайшие события дореволюционного прошлого. Сейчас мы обращаемся к ним с исторической точки зрения, однако на момент проведения они выполняли огромное количество функций: подтверждали преемственность власти, «знакомили» поданных с новым императором (если мы говорим о церемонии коронации), помогали укреплению так называемой духовной связи «император — народ». С их помощью конструировался диалог власти и общества в публичном пространстве. Кроме того, немаловажным было сохранить все эти церемонии и торжества в памяти потомства. Современные выставки костюмов, предметов дворцовых интерьеров, атрибутов императорской власти — все это отголоски той самой репрезентации, до сих пор создающие необходимый эффект.

Внешняя функция торжеств — то, как они работали на иностранную публику. Та же коронация, с которой все начиналось, демонстрировала величие Российской империи на мировой арене. К торжественным церемониям встреч на высшем уровне намеренно привлекалось внимание столичной публики. На рубеже XIX–XX веков участие горожан во встречах представителей иностранных государств было равносильно одобрению проводимого внешнеполитического курса. Именно поэтому праздничное убранство города не просто служило красивым фоном для прибытия зарубежных гостей, а несло важную функцию — привлечь к торжеству как можно больше потенциальных зрителей. Европейская пресса выносила суждения о «теплоте» приема в том числе исходя из настроения толпы.

Что привлекало зрителей

Если мы посмотрим фотографии рубежа XIX–XX веков, на которых запечатлены торжественные церемонии, то нас поразит количество присутствующей на них публики. Для поддержания неизменного интереса со стороны верноподданных при подготовке официальных торжеств использовались разные приемы: декорирование столичных улиц, информирование о проводимых мероприятиях через прессу, музыкальное сопровождение, устройство мини-спектаклей. Торжества притягивали как магнитом благодаря своей красочности, уникальности, масштабности и неповторимости. Пришедший целовать руку усопшего монарха или увидевший собственными глазами коронационный кортеж рассказывал об этом событии друзьям, знакомым, соседям всю свою жизнь.

При этом главным действующим лицом, которому по силам было сплотить всех собравшихся, всегда оставался император. Отсылки к «обожанию» верховного носителя власти встречаются во всех источниках официального характера и во многих личных источниках. Однако, когда произошла Ходынская катастрофа, многие говорили о прерывании связи «император — народ». Это слишком упрощенный подход. Изначально общественное мнение возложило всю ответственность за случившееся на московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича. И долгое время имя императора не связывалось с этой трагедией.

«Сегодня случился великий грех, потоптано около 1300 человек! Отвратительное впечатление осталось от этого известия. В 12 1/2 завтракали, и затем Аликc и я отправились на Ходынку на присутствование при этом печальном «народном празднике». Собственно там ничего не было… Поехали на бал к Монтебелло. Было очень красиво устроено». (Из дневника Николая II, 18 мая 1896) 
Ходынка. Акварель Владимира Маковского

До первой революционной волны Николаю II, по сути, надо было только поддерживать авторитет монархии, созданный в предыдущие века. После 1904 года ситуация усложнилась. Привлечение внимания к собственной персоне становилось недостаточным. Необходимо было постоянно разъяснять достижения монархии, напоминать о данной присяге, заботиться об «идеологическом поле». Многие из думающих современников — кто-то в качестве критики, кто-то просто с сожалением — обращали внимание на то, что при всей яркости торжеств им не хватало проработки именно «идейного» компонента.

Как сам Николай II относился к торжественным церемониям

Николай II прекрасно знал дворцовые порядки. «Камерные» церемонии давались ему с легкостью. Однако при необходимости выхода на более широкую публику — в столичное пространство — он чувствовал себя уже не так уверенно. Разумеется, многотысячные ликующие толпы создавали хороший эмоциональный заряд. Даже такой скупой на эмоции источник, как дневник императора, свидетельствует о том, что столичные торжества приводили его в состояние душевного подъема. Но здесь же, рядом, присутствовало беспокойство о том, как все пройдет, не нарушится ли порядок.

Глядя на парадные картины, лубки, фотографии, кадры кинохроники того времени, трудно предположить, что главный виновник торжества мог чувствовать какой-либо дискомфорт. Эту сторону в полной мере раскрывают источники личного происхождения — дневники, письма. При характеристике торжеств в них встречаются фразы: «все эти тяжелые церемонии», «великое испытание» или «приятно, что все визиты окончены».

Голос Николая II на параде в честь его дня рождения 18 мая 1910 года. YouTube/Historical Recordings

Еще Лев Николаевич Толстой предупреждал Николая II о том, чтобы он не обманывался радушными приветствиями. На начало XX века столичным жителям мало было только лицезреть своего монарха, они хотели иметь возможность обращаться к нему со своими чаяниями и получать внятный ответ. Николай II не мог не замечать этого. Во второй половине своего царствования он, видимо, интуитивно все ближе подходил к новой модели общения с «народом» («народ», конечно, условное понятие, речь, скорее, идет о сословных представителях), при которой слово «диалог» являлось бы не просто фигуральным выражением. Император регулярно принимал депутации, представителей того или иного сословия. Ему больше импонировало не просто символически принимать подношения «хлеба-соли», а именно общаться с представителями «народа». Причем такое общение могло носить спонтанный характер или продолжаться более длительное время, чем это предполагал этикет. Многие высокопоставленные современники, которым довелось побеседовать с монархом, отмечали его личное обаяние, умение понравиться собеседнику.

Кто из известных людей был причастен к торжествам

Организация официальных торжеств занимала длительное время, и к ней привлекались люди совершенно разных знаний и умений. Так, в период подготовки коронации над праздничной атмосферой Москвы трудились известные архитекторы — Ф.О. Шехтель, А.Л. Обер, Л.Н. Кекушев, П.С. Бойцов, Б.В. Фрейденберг, М.К. Геппенер, С.У. Соловьев, А.Э. Эрихсон, в декоративном оформлении принимали участие инженеры, живописцы, сценографы — Г.Д. Гримм, А.И. Гоген, Н.Д. Прокофьев, Г.С. Гаврилов, В.В. Николя, К.Ф. Вальц, Н.Н. Каразин. Праздничный спектакль 17 мая 1896 года вообще собрал весь цвет великосветского общества Петербурга и Москвы, на сцене выступали звезды оперы и балета, происходящее фиксировали художники Владимир Маковский и Илья Репин. Они же — наряду с другими известными художниками той поры — стали иллюстраторами шикарного коронационного альбома.

Другой пример. В конкурсах на проекты памятников императорам участвовали известнейшие скульпторы своего времени — В.А. Беклемишев, А.М. Опекушин, М.А. Чижов, Р.Р. Бах, А.Л. Обер, П.П. Трубецкой, Ф.О. Шехтель и другие. В результате автором памятника императору Александру III в Петербурге на Знаменской площади стал П.П. Трубецкой, памятников Александру II и Александру III в Москве — А.М. Опекушин. Вообще же само понятие «известный» довольно относительно. Известные для кого? Для современников? Для потомства, то есть для нас? При упоминании имени-фамилии Павел Буре наверняка большинство сейчас подумает об известном хоккеисте. Однако на рубеже XIX–XX веков был известен другой Павел Буре — часовых дел мастер. Его фирма выполняла многие элитные заказы. К празднованию 300-летия династии Романовых были выпущены специальные юбилейные часы.

300-летие Романовых стало настоящим раздольем для предпринимателей. Какой только юбилейной продукции не производилось тогда! «Лики императора» и юбилейные даты «1613–1913» можно было увидеть на открытках, марках, платках, подарочных упаковках и т.д. Кинопрокатчики снимали «юбилейные картины», к участию в которых приглашали многих известных актеров. В «исторических картинах» фирмы А.О. Дранкова и А.Г. Талдыкина роль царя Михаила Федоровича исполнил Михаил Чехов, племянник А.П. Чехова, в будущем знаменитость мировой величины в области киноиндустрии. В фильме «Воцарение дома Романовых» компании А. Ханжонкова роль того же царя Михаила Федоровича исполнила женщина, известная актриса Софья Гославская. Юродивым, витязем в свите князя Пожарского, был Иван Мозжухин — звезда дореволюционного немого кино. И таких примеров можно привести много.

Имперские торжества в освещении официальной прессы

Пресса на рубеже XIX–XX веков была главным источником информации. Чем больше внимания хотели привлечь к тому или иному событию, тем раньше начинались публикации о нем. В отношении столичных церемоний подробно освещался ход подготовки, печатались расписания торжеств, перемещение императора и т.д. Конечно, грамотными были далеко не все, но существовала практика зачитывания новостей из газет, дальше в ход шло «сарафанное радио».

Заблаговременное информирование позволяло многим желающим стать участниками торжеств: приехать по железной дороге из близлежащих и даже отдаленных местностей; знать, какие церемонии будут проходить, где и когда можно увидеть императора. Те, кто не мог приехать, читали подробные описания уже самого хода торжественных мероприятий.

Например, при перемещении похоронной процессии с гробом императора Александра III, которая продвигалась из Ливадийского дворца (Ялта) в Санкт-Петербург, освещались остановки на всех станциях следования. Умелой подачей материалов пресса могла превратить любое торжество в общеимперское. Самый яркий тому пример — юбилейные торжества в честь 300-летия династии Романовых. Торжества в Петербурге и Москве, поездка императорской фамилии по городам Верхней Волги — Владимиру, Суздалю, Нижнему Новгороду, Костроме, Ярославлю, Ростову, — все это сопровождалось подробнейшими статьями с фотографиями в официальной прессе. Но была пресса и неофициальная, были и другие виды источников о торжествах.

Сотни, тысячи источников

Впервые к теме официальных торжеств я обратилась в 2006 году, будучи студенткой второго курса исторического факультета Московского государственного университета. Тогда я писала курсовую работу по коронации Александра II. В дальнейшем хронологические рамки исследования были смещены от середины XIX века к рубежу XIX–XX веков, что позволило более рельефно выявить противоречия между ожидаемым и действительным эффектом от проведения торжеств. За помощь в выборе исследовательского направления и ценные рекомендации на всех этапах работы я очень благодарна своему научному руководителю Александру Павловичу Шевыреву. В 2013 году я защитила диссертацию по теме «Официальные церемонии в городском пространстве Петербурга и Москвы в царствование Николая II». На основе материалов диссертации и была подготовлена книга.

Таким образом, темой презентации власти в дореволюционный период я занимаюсь уже более 10 лет. За это время были просмотрены сотни источников, и сейчас, наверное, счет идет уже на тысячи. Сначала осуществлялся поиск общедоступных материалов в библиотеках, музеях, затем — работа в архивах Петербурга и Москвы. Для исследования привлекались разные виды источников — письменные, аудиовизуальные, вещественные. Среди письменных — организационная документация, пресса, источники личного происхождения (дневники, письма, воспоминания), революционные листовки. Эти источники позволили взглянуть на изучаемые сюжеты с разных сторон.

Пожалуй, самым необычным при этом было то, что с какого-то момента я поняла: источники по моей теме можно встретить повсюду. Это очевидно, когда ты идешь, скажем, на тематическую выставку в Музеи Кремля — там коронационные облачения, регалии, прочая атрибутика. Но то же происходит и в других городах. Приезжаешь во Владимир, Кострому или Ярославль, идешь в центральный городской музей и в витринах, посвященных началу XX века, обязательно будет что-то из царских сувениров или юбилейных памятных изделий. Во время презентации книги в Красноярске я побывала в замечательном краеведческом музее. В зале, посвященном правлению Николая II, сразу привлекло внимание тронное кресло, подготовленное к моменту приезда тогда еще наследника цесаревича Николая Александровича в Красноярск (во время евразийского турне в 1891 году), и афиши с объявлением о демонстрации «царской кинохроники».

На моем нынешнем месте работы — в Архиве Российской академии наук — также нашлись источники по теме. Например, в фонде А.Е. Ферсмана — документы о судьбе «царских сокровищ» в советский период или проект музея в честь 300-летия династии Романовых, который бурно обсуждался, в том числе учеными, но из-за начала Первой мировой войны так и не был реализован.

Что почитать о торжествах эпохи Николая II 

Большинство воспоминаний о той эпохе так или иначе затрагивают тему имперских торжеств. Особенно если автор был участником или свидетелем какой-то церемонии. В первую очередь, конечно, речь идет о высокопоставленных чиновниках или лицах из высшего света. Здесь можно назвать воспоминания С.Ю. Витте, мемуары М.С. Барятинской, дневники А.В. Богданович и многие другие. Однако в них церемонии лишь упоминаются.

Если нас интересует именно процесс подготовки и проведения церемоний, то здесь обращают на себя внимание две книги — «В министерстве двора» В.С. Кривенко и «При дворе последнего Российского императора» А.А. Мосолова. Оба автора были сотрудниками Министерства императорского двора, принимали непосредственное участие в организации высочайших торжеств.

Тем, кто больше любит «издания с картинками», предлагаю посмотреть богато иллюстрированный «Коронационный сборник» 1896 года — он оцифрован и выложен в интернет. А потом на контрасте прочесть рассказ Федора Сологуба «В толпе» или рассказ Льва Толстого «Ходынка». Это небольшие произведения, зато очень емкие. Выводы, думаю, читатели смогут сделать сами.

Если кто-то захочет обратиться к теме более подробно — рекомендую книгу Бориса Успенского «Царь и император. Помазание на царство и семантика монарших титулов» и двухтомник Ричарда Уортмана «Сценарии власти. Мифы и церемонии русской монархии». Первая — про харизму власти и сакральный смысл церемоний; вторая — подробный рассказ о «сценариях власти»: от Петра I до Николая II.

Тематические работы Марины Логуновой «Печальные ритуалы императорской России» и Инессы Слюньковой «Проекты оформления коронационных торжеств в России XIX века» — тоже с большим количеством иллюстраций.

Про период с 1914-го по 1917 год — «Трагическая эротика». Образы императорской семьи в годы Первой мировой войны» Бориса Колоницкого.

Для широкого круга читателей — книги Оксаны Захаровой «Власть церемониалов и церемониалы власти в Российской империи XVIII — начала XX века» и Игоря Зимина «Повседневная жизнь Российского императорского двора».

YouTube/Путешествие во времени

Коронационные торжества и коронация Николая II в 1896 году были запечатлены на кадрах кинохроники. Это был первый мировой опыт съемки исторического события в режиме реального времени. Впоследствии снимались и другие церемониальные действа — во время торжественных церемоний открытия памятников, празднований юбилеев и т.д. Они получили общее название «царской кинохроники».

***

«Столичные торжества Российской империи в царствование Николая II» (издательство «Кучково поле»)

Книга содержит подробный рассказ о различных видах имперских торжеств рубежа XIX–XX вв.: похороны Александра III, коронация Николая II, имперские юбилеи, церемонии открытия имперских памятников, встречи на высшем уровне и многие другие. Официальные церемонии, нацеленные на укрепление престижа монархии, привлекали внимание городской публики, вызывали восхищение, удивление, но также и многочисленные критические суждения.

Глядя на торжества сквозь призму городской столичной жизни, автор попытался найти ответы на целый ряд вопросов: Как часто устраивались торжества? Кто и как занимался их организацией? Каким образом менялись привычный облик и ритм жизни Петербурга и Москвы в торжественные дни? Чем руководствовались приходившие зрители? Какие впечатления у них оставались? Насколько эффективной можно назвать практику проведения подобных мероприятий?

Автор: Светлана Лиманова — историк, специалист по вопросам репрезентации власти в дореволюционный период.

О планах на будущее

В настоящее время представляется возможным два вектора дальнейшего развития «церемониального» сюжета. Смотреть и сравнивать, что было до Николая II, в предыдущие царствования, или, напротив, что стало после. Разработка второго направления особенно перспективна в свете переосмысления революционного наследия. Изучение переходного периода от позднеимперского к раннесоветскому позволит выяснить, что из имперской организационной практики и в каком виде использовалось в стране Советов. В идеологическом плане, безусловно, произошел категорический отказ от «пережитков имперского прошлого», а что в отношении организации торжественных процессий? Взять хотя бы похороны жертв революции или устройство первых революционных празднеств (Первомай, Великий Октябрь). Продолжали ли работать прежние механизмы? Харизма власти императора была уничтожена, что пришло ей на смену и почему? Вопросов для дальнейшего изучения еще довольно много.

Интервью подготовила Адель Шайхутдинова

Специально для Библиотеки им. Н.А. Некрасова